|
Мы шагаем снова на юг. Нас теперь трое. Иванов предлагает попытаться обойти город Белый с юга и потом двигаться лесами западнее Белого - Мы понимаем, что достигнуть линии фронта кратчайшим путем немыслимо: на этом пути сосредоточены главные немецкие силы, воюющие с окруженцами.
Идем днем: немцы в лес по-прежнему не суются. Ночью, как правило, спим, замаскировавшись в кустах; нас нередко будят близкие пулеметные и автоматные очереди. По временам, когда надо переходить дороги, мы соединяемся с другими мелкими группами - нас порой набирается до ста человек,- и тогда мы все вместе опрокидываем небольшие вражеские заслоны, а потом опять разъединяемся: такая тактика оправдывает себя...
Несколько дней спустя мы пробуем прорваться через большак южнее Белого. В ночном бою немцы легко разбивают наш летучий отряд: здесь, неподалеку от города, вновь крупные вражеские силы... Утром, отступая, мы, трое, забредаем в лесной хуторок. Жители его настолько напуганы, что прячутся даже от нас; лишь один хмурый старик на костыле выносит нам миску холодной картошки. К сожалению, он не может посоветовать, в какую сторону нам лучше направиться: их, гражданских, тоже не выпускают из леса; где сейчас немцев больше, где меньше, никто в точности не знает.
- А ты бы оставил этого парня у нас,- вдруг говорит старик Иванову, ткнув в мою грудь скрюченным пальцем.- Будет потише, тогда и возвернешься.
Иванов измученно глядит на меня.
- Мы справим ему одежонку,- добавляет старик.- Еще молодый, сойдет за сынка.
- Может, имеет смысл? - спрашивает Иванов. Я против.
Поворачиваем опять на север. На этот раз идем в сторону Оленино. Иванов считает, что нам теперь выгоднее держаться открытых мест, днем в оврагах отдыхать, а ночами продвигаться по полям к железнодорожной линии Ржев - Великие Луки. Не доходя до нее, мы свернем влево и постараемся перейти фронт восточнее Нелидово...
19 июля вечером мы, наконец, проникаем в лес, за которым, по нашим расчетам, должна находиться передовая. Наше предположение оправдывается. Мы слышим выстрелы немецких пушек, стоящих в этом лесу, ровный, сильный стук наших пулеметов впереди. Сердце окрыляется радостью, мы в каком-то полузабытьи идем прямо на звук пулеметных очередей.
Лес разрежается, светлеет - близко опушка. Мы тщательно маскируемся в кустарнике у самой кромки леса на взгорье и принимаемся наблюдать за дорогой внизу. Слева виден небольшой деревянный мост, там немцы-часовые. Справа доносятся громкие голоса, потом показываются солдаты с котелками: вероятно, получают ужин...
А наши пулеметы все шлют и шлют сюда короткие сильные очереди. Они - как привет Родины, они ободряют нас. Бухают немецкие пушки - теперь вражеские батареи позади.
Садится солнце. Мы лежим, не сводя глаз с дороги.
Начинает смеркаться. Выплывает луна. Мы лежим. Поднимается туман, луна исчезает.
- Два часа,- шепчет Иванов.- Ну!
Держа оружие наготове, медленно спускаемся к дороге. Мы идем кучкой; в промозглой тьме нас трудно отличить от кустов. Замираем, слушаем и вновь осторожно движемся.
Главное, перебраться через дорогу. За ней большой лес, и в нем наше спасение, там свои.
Дорога едва белеет впереди. Быстро, по одному, перебегаем. Все тихо, все спокойно. Лишь сердце стучит, как молот, до перехвата дыхания... Теперь в лес, к своим, там спасение!..
Грохочет огонь - длинное красное пламя. Я никогда не думал, что огонь может так бить.
Земля вдруг переворачивается, громоздится стеной и придавливает меня всей своей невыносимой удушливой тяжестью.
Журнал «Юность» № 6 июнь 1963 г.
Люди остаются людьми
Trackback(0)
 |
Глава пятая 5
TrackBack URI for this entry
Subscribe to this comment's feed